Мы вставали район на район с заточенными напильниками в карманах. Город учил нас, что нет никакой свободы, кроме отвоеванной. Это была школа ненависти. Мы похоронили хрестоматийный образ диссидента: иисусоподобного аспиранта, кудахтающего о своих правах. Его место занял парень в черной коже, любящий и умеющий драться…

Летние экологические лагеря – школа захвата зданий, техники и дорог. Голодовка протеста против ареста товарищей – бесценный опыт выживания на каторге или в лесу. Запрещенный митинг – наука переворачивания буржуйских тачек и прорыва ментовских цепей. Веселый хэппенинг с символическим пожиранием тела президента – отдых и бесплатная реклама.

Мы прошли все это. Мы умеем сшить транспарант и заправить в бутылку горючую смесь. Пройдя школу конца 1980-х, мы готовы стать солдатами и героями…

Первые группы левых радикалов стали появляться в СССР сразу после хрущевского ХХ съезда КПСС. О красных диссидентах не говорили по Би-Би-Си, за них не вступались правозащитники. Однако только на протяжении 1950-60-х годов в стране успело появиться и исчезнуть не менее двадцати таких групп.

Первые подпольные левацкие кружки состояли, как правило, из студентов столичных вузов. Молодые люди читали в библиотеках классиков анархизма, спорили между собой во время редких собраний, а в свободное время писали стихи.

Уже тогда многие из них ориентировались на террористическую практику. В 1961-м спецслужбы накрыли первую в СССР анархо-синдикалистскую группу Осипова – Кузнецова. Ее члены планировали покушение на Никиту Хрущева и членов Политбюро КПСС. Интересно, что в КГБ на них донес отец нынешнего редактора журнала «Playboy» Артемия Троицкого.

В 1970-х левацкие группы возникают по всей стране. Революционная Партия интеллектуалов Советского Союза в Свердловске. Союз революционных коммунистов в Ленинграде. Партия диктатуры пролетариата в Куйбышеве…

В таких группах могло состоять от трех до восьми членов. Путь их был стандартен: споры активистов на кухне – распространение нелегальной литературы среди приятелей – выпуск самиздатовского журнала – арест и спецпсихушка. Некоторые из групп, впрочем, умудрились просуществовать с середины 1970-х и до сих пор.